Как на Руси государя оскорбляли. Российская история наказаний «за неуважение к власти»

Как на Руси государя оскорбляли. Российская история наказаний «за неуважение к власти»

Н. В. Орлов «Недавнее прошлое» (Перед поркой)

Президент России Владимир Путин 18 марта подписал закон «о наказании за неуважение к госсимволам и органам власти». Теперь за оскорбление чиновников граждан будут штрафовать на 300 тысяч рублей, а вдобавок могут еще и арестовать на 15 суток.

Впрочем, для России это не первый случай, когда государство наказывает тех, кто его «не уважает». Инфо24 вспомнил, как наказывали за оскорбление власти в различные периоды истории, от Киевской Руси до наших дней.

Первые оскорбления на Руси

Самые ранние упоминания такого явления как «оскорбление чести и достоинства» появились в официальных документах в ІХ-ХII вв. Первым известным источником является договор 911 года между Киевской Русью и Византийской империей.

Радзивиловская летопись / Фото: Wikipedia

В то время речь шла о преступлении против личности, а не о злодеянии в отношении представителя власти — общественное положение потерпевшего никак не учитывалось. Кроме того, само понятие «оскорбление» упоминалось исключительно вместе с физическим действием (удар, отсечением усов или бороды, нанесение побоев).

«Аще ударит кто мечом или бит будет другим оружием, то за сей удар или битье да даст 5 литр серебра по закону русскому», — сказано в русско-византийском договоре.

Такое положение дел сохранялось примерно до конца XIV века. Лишь в 1397 году, с появлением Двинской уставной грамоты князя Василия Дмитриевича впервые возникает ответственность за оскорбление боярина и его слуги. При этом такое нарушение было равносильно посягательству на здоровье.

«А кто кого излает боярина, или до крови ударит, или на нем синевы будут, и наместницы судят ему по его отечеству безщестие; тако ж и слузе», — говорилось в документе.

Грамота предназначалась прежде всего для самих бояр — на простых граждан ее действие не распространялось.

Наказание за оскорбление представителя власти в Двинской уставной грамоте

Судили за оскорбление в зависимости от места рождения потерпевшего. Самым суровым наказанием был штраф, который варьировался исходя из социального статуса пострадавшего. Как правило, взыскания не превышали 4 рублей (около 240 рублей в современных рублях).

Как зарождалось «бесчестье»

С XV по XVII века происходит централизация Московского государства, из-за чего постепенно возникала необходимость в создании единого правового документа. Им стал Судебник 1497 года — новый свод законов Русского государства, появившийся в эпоху Ивана III. Он открыто определял привилегии высокопоставленных господ над простым людом, но никакой уголовной ответственности за оскорбление представителя власти в нем прописано не было.

Судебник 1497 года / Фото: Wikipedia

Однако примерно в то же время вышел еще один документ — Митрополичье правосудие. Именно он установил ответственность за неуважение к представителям власти. Его авторы даже перечислили конкретные чины, оскорбив которые можно было сильно поплатиться: великий князь, меньший князь, сельский, тысячник, околичник, боярин, слуга, игумен, поп, дьякон.

Наказание за оскорбление представителя власти в Митрополичьем правосудии

Оскорбление великого князя каралось отсечением головы. За оскорбление всех остальных представителей высшего сословия грозил штраф, который назначался в зависимости от служебного положения потерпевшего. Максимальный штраф за какое-либо нарушение в Митрополичьем правосудии — 10 рублей (около 600 рублей в современных рублях).

В 1550 году созванный Иваном Грозным Стоглавый собор утвердил новый Судебник. В нем оскорбление представителей власти официально обозначили как «бесчестье», при этом наказание спустя полвека не изменилось — штраф по-прежнему не превышал 10 рублей. Потерпевшей стороной в таких делах теперь также могли выступать дети боярские, дьяки, тиуны, довотчики, праведчики и прочие госслужащие, наделенные судебными, полицейскими и административными обязанностями. За оскорбление жены представителя власти грозило двойное наказание.

Принятый при Федоре Ивановиче Судебник 1589 года внес небольшие дополнения в регламентацию наказаний за оскорбления представителей власти.

Наказание за оскорбление представителя власти в Судебнике 1589 года

Штрафы теперь дифференцировались в зависимости от функций того или иного представителя власти (судебных, управленческих, правоохранительных). Максимальный размер — 50 рублей (около 3 тысяч рублей в современных рублях).

В число потерпевших добавили:

    судей;отвечавших за финансовые вопросы судейских целовальников;региональных чиновников, а именно посадских и волостных;тех, кто занимался охраной правопорядка: сотских, пятидесятских, стрельцов, ратных людей и казаков.

Оскорбившиеся не стеснялись сообщать о случаях бесчестия. Например, в 1599 году воевода Савин Воейков пожаловался царю Борису Федоровичу, что конный казак Пятуня Петров ночью в пьяном виде пришел к царевичам и стал их оскорблять.

«Со царевичем бранился и лаял царевичи матерны… да пришел к нам, холопем твоим, на подворье, ночи, сам друг с Обросимом с Евтихеевым, нас, холопей твоих, лаяли», — рассказал он в обращении.

По словам Воейкова, казаки его замечания не воспринимали всерьез, а «к царевичам и царицам ходить безчинно». В ответной царской грамоте казакам велели объявить, что если они продолжат «безчестить» царевичей, то их приговорят к смертной казни.

«Государская честь»

Статью о «бесчестьи» ужесточили в 1649 году, когда приняли Соборное уложение, ставшее главным сводом законов на Руси почти на 200 лет. Список основных изменений:

    у преступления появилось полноценное основание — оскорбление «непригожими словами»;теперь под суд можно было загреметь еще и за клевету, например, за подачу государю ложных челобитных (жалоб).наказание стало зависеть не только от чина потерпевшего, но и от правового статуса обвиняемого. То есть теперь мера ответственности выбиралась исходя из сословия, к которому принадлежал виновный.

«А будет бояр и окольничих и думных людей кто обесчестит словом из гостиных, и суконных, и черных сотен, и слобод тягловой человек, или стрелец, или пушкарь, или казак, или монастырский слуга, или иных чинов люди, или холоп боярский <…> бить их кнутом, да в тюрьму сажать на две недели», — гласило Соборное уложение.

Соборное уложение, картина Н. Некрасова / Wikipedia / Русская история в картинах / Историческая комиссия при учебном отделе Общества распространения технических знаний, Moscow: Т-во И. Д. Сытина

Кроме того, впервые появились постановления «о государской чести», согласно которым целый ряд нарушений могли приравнять к оскорбительным для царского двора. При этом положений о прямом оскорблении правящей особы в Соборном уложении по-прежнему нету.

Наказание за оскорбление представителя власти в Соборном уложении

Кроме штрафов вводились телесные наказания (удары кнутом) и аресты (в среднем на срок от одной до трех недель). Самые большие штрафы назначали за оскорбление представителей церкви.

За оскорбление митрополита — 400 рублей (около 25 тысяч рублей в современных рублях), архиепископа — 300 рублей (около 18 тысяч рублей в современных рублях), епископа — 200 рублей (около 12 тысяч рублей в современных рублях). В случае если виновному нечем платить, предписывалось «его за властелинское бесчестье отослать ко власти головою«, то есть казнить.

Петр против хулы

Одним из первых юридических документов, принятых при Петре I, стал Артикул воинский 1715 года — первый прообраз уголовного кодекса, изданный за несколько лет до провозглашения Российской империи.

Артикул воинский / Фото: Wikipedia

Спустя три года начала свою работу Тайная канцелярия, которая долгие годы будет заниматься политическим сыском. В тот период также сформировался образ типичного «врага царя и Отечества» – «преслушник указов и положенных законов». Таким образом, государственным преступлением считался любой проступок, совершенный вопреки законодательству.

В большинстве случаев обвиняемыми выступали не заговорщики и противники режима, а те, кто необдуманно обронил «непригожие речи» о государе, зачастую в пьяной ссоре, обсуждая последние сплетни и слухи.

«В силу роли монарха в самодержавной России наказание за оскорбление императора и его фамилии было суровым и даже жестоким, что нельзя представить в современном демократическом обществе», — рассказал Инфо24 кандидат исторических наук Олег Алпеев.

Оскорбляющими могли признать любые суждения, мнения, воспоминания и прочие рассказы, ставящие под сомнение деятельность верховного правительства, «ибо Его величество есть самовластный монарх, который никому на свете о своих делах ответу дать не должен». Оправдаться или отречься от своих слов было практически невозможно. Такая уголовная практика продолжалась ровно 200 лет, вплоть до Октябрьской революции 1917 года.

К началу XVIII века забота о чести и достоинстве государственных чиновников стала неотъемлемой частью нормативно-правовой базы. Отдельное внимание в Артикуле впервые уделили публичности и массовому характеру оскорбления. Кроме того, неуважение к власти окончательно отделилось от оскорбления личности — эти правонарушения разнесли в разные категории. При этом если в первом случае виновным грозила смертная казнь, то во втором можно было отделаться лишением свободы на срок до полугода.

Наказание за оскорбление представителя власти в Артикуле воинском

«Кто против его величества особы хулительными словами погрешит, его действо и намерение презирать и непристойным образом о том разсуждать будет, оный имеет живота лишен быть, и отсечением главы казнен«, — говорится в Артикуле.

Хотя чаще оскорбителя его величества отправляли «на вечное житье» в Сибирь, карали кнутом, поднимали на дыбу, вырывали ему ноздри или резали язык.

К «непригожим словам» приравнивали употребление слова «государь» вместе с матом, упоминание имени Петра без титула и даже непочтительное обращение с монетами, гравюрами и портретами с изображением самодержца.

Например, в 1718 году в немилость попал пленный швед Иоганн Старшинт, который «ударил рукою по персоне Царского величества» на полотне по мотивам Полтавской битвы. Швед утверждал, что Петра изобразили неправильно, поскольку «государь при баталии был в сапогах, а на картине в чулках и чириках». Спустя два года следствия Старшинта приговорили к ссылке в Сибирь.

Репродукция картины Алексея Кившенко «Капитуляция шведской армии» / Фото: Wikipedia / http://www.hrono.ru/statii/2009/pogoda03.php

А в 1720 году певчего Андрея Савельева арестовали за то, что он размахивал тростью, указывая на портрет Петра, стоявший в его избе. В свое оправдание тот заявил, что всего лишь увидел на лике государя мух и просто решил согнать их, однако наказания избежать все равно не удалось. В результате Савельев был «бит нещадно батогами».

Еще один способ оскорбить правителя получил название «непитие за здравие». Тех, кто отказывался пригубить ради долголетия государя, осуждали и обвиняли в неуважении. Пить нужно было до дна, и зачастую приходилось осушать не маленькую рюмочку, а наполненный до краев стакан.

В противном случае за отказ от ритуала могли написать донос — одной из таких жертв в 1720 году оказался целовальник Дементьев, который «не любил государя, потому что не пил за его здравие». О его дальнейшей судьбе следственные документы умалчивают.

В результате традиция употребления алкоголя ради хорошего самочувствия императора привела к тому, что зачастую чиновники не могли вовремя явиться на работу из-за похмелья. Только спустя несколько десятилетий власти постановили, что тех, кто не хотел посвящать тосты самодержцу, наказывать не следует, так как «здравья лишняго в больших напитках, кроме вреда, не бывает».

«В середине XVIII века был составлен целый список дивных государственных преступлений. Обзывание императорского указа воровским, сквернословие при чтении указа, неснимание шапки при чтении указа, хранение в дому запрещенных манифестов, громкое выражение сочувствия наказываемому преступнику, непразднование календарных дней без уважительной причины, брань портрета императорского, изодрание указа и высказывание фразы „На него я плюю«, название своего жития царским. Умаление без умысла государева титула, ошибка при написании этого титула», — рассказывает доктор исторических наук Евгений Анисимов.

Попытка либерализации от Екатерины II

Об оскорблении величества немало рассуждала Екатерина II в своих Наказах 1767 года — своеобразном наставлении для депутатов Уложенной комиссии. Многие положения трактата, пропагандирующего концепцию просвещенного абсолютизма, императрица позаимствовала у знаменитых мыслителей XVIII века Монтескье и Беккариа.

Изначально Екатерина была настроена на либерализацию понятия оскорбления представителя власти в частности и всего российского законодательства в целом. При ней действительно перестало быть опасным не пить «за здравие царевны», уронить на землю портрет с ее изображением или допустить ошибку в написании ее имени.

Екатерина II пишет Наказы / Фото: Wikipedia

Однако начала свое правление Екатерина с публикации в 1763 году манифеста «О воспрещении непристойных рассуждений и толков по делам, до правительства относящихся», более известном как «Манифест о молчании» или «Указ о неболтании лишнего».

В нем подвергались критике люди «развращенных нравов и мыслей», которые слишком много болтают «о делах до них непринадлежащих» и смущают своими сплетнями «других слабоумных». Главной причиной создания манифеста стали слухи о планируемом браке Екатерины с ее фаворитом Григорием Орловым, которые распускал камер-юнкер Федор Хитрово. Впоследствии свадьба так и не состоялась, а офицера-сплетника сослали в собственное имение.

В ранней редакции Наказов Екатерина II писала, что неодобрение и порицание ее распоряжений не могут считаться преступлением против государства, поскольку такое осуждение не угрожает жизни и безопасности правителя напрямую. По мнению Екатерины, наказывать следовало за те случаи, когда произнесенные слова могли привести к восстанию.

Позже главы духовенства — петербургский митрополит Гавриил, псковский епископ Иннокентий и архимандрит Платон — раскритиковали Наказы за их мягкость и заявили, что «безопасность особы государя соединяется с безопасностью всего государства и потому малейшее против сего недоразумение не должно быть оставлено без исследования». Впоследствии оскорбление величества все-таки признали преступлением в окончательной версии Наказов. Тем не менее за него грозило более мягкое наказание, чем за государственное преступление, а именно арест.

В царствование Екатерины было опасно обращать внимание на возраст и физические недостатки императрицы, а также вести разговоры об интимной жизни государыни и ее возможной смерти в будущем. Отдельное внимание уделялось тем, кто критически высказывался о том, что во главе престола стоит женщина. Такие диалоги регулярно «поощрялись» арестами и ссылками в Сибирь. Вот краткий список фраз, за которые могли привлечь к ответственности:

    «У нас-де ныне баба царствует»;«Я бабья указа не слушаю»;«Владеет государством баба и ничего она не знает»;«Черт велел бабе кланяться»;«У бабы волос долог, а ум короток»;«Бабье ль дело – такое великое государство и войну содержать и корону иметь»;«Всемилостивейшая государыня, хотя она и баба, да всю землю держит!».

Екатерина II на лошади / Фото: Romanov Empire

Незлопамятные самодержцы

Николай I в большинстве случаев прощал фигурантов дел о неуважении к императорской особе. Например, в январе 1826 года одного государственного крестьянина приговорили к пожизненной ссылке на каторгу за бранные слова в адрес государя во время беседы со своим братом. Император наложил на это решение резолюцию: «Простить» и на протяжении всего своего царствования неоднократно делал ту же самую процедуру с другими осужденными.

Подобным отношением славился еще один самодержец — Александр I, который также прощал арестованных за оскорбление его величества. За все время правления он не помиловал лишь крестьянина Мичкова, который позволил себе обрушить свой гнев не только на императора, но и на бога.

«Быть по сему, единственно в наказание за богохульные слова, прощая его совершенно в словах, произнесённых на мой счёт», — сказано в резолюции Александра I.

Во времена правления Александра III ходило сразу несколько анекдотов о милосердии императора. Один из них повествует о солдате Орешкине, который будучи пьяным заявил «А плевал я на вашего государя-императора!», после чего действительно плюнул на портрет самодержца. Когда молодого смельчака арестовали, Александр III поручил освободить дерзкого военного и передать ему, что он тоже на него плевал.

Другой анекдот рассказывает о том, как императорский поезд остановился у небольшого поселения. На главу государства сразу сбежались посмотреть местные жители, а один из мужиков снял шапку и прошептал: «Вот это так — царь!» и от волнения сдобрил комплимент отборным деревенским матом. Когда мужичка уже собирались арестовать, Александр III подозвал его к себе и дал ему 25-рублевую купюру со своим изображением и сказал «Вот тебе мой портрет на память».

Банкнота достоинством 25 рублей образца 1909 года / Wikipedia

Новый «Уголовный кодекс»

В 1845 году опубликовано Уложение о наказаниях уголовных и исправительных, в котором была представлена целая глава о защите власти и лично императора. Несмотря на то, что случаи прилюдного оскорбления государя были по-прежнему крайне редки, ответственность за преступления «против Священной Особы Государя Императора и Членов Императорского Дома» была прописана достаточно подробно. Любые оскорбления — непосредственные, заочные, выраженные на статуях, портретах и любых изображениях императора и его семьи — признавались недопустимыми.

За что грозило наказание, согласно Уложению:

    создание и распространение письменных или печатных сочинений и изображений «с целью возбудить неуважение к верховной власти, или же к личным качествам Государя или к управлению Его государством»;оскорбление государя дерзкими оскорбительными словами, в том числе заочно;надругательство над изображениями императора и членов его семьи, в том числе умышленное повреждение или истребление выставленных в публичном месте портретов, бюстов;оскорбление памяти умерших родственников царствующего императора;очернение или искажение указов правительства, а также повреждение их бумажных копий, как «явное восстание против правопорядка»;надругательство «со злобным умыслом» над памятниками, воздвигнутыми по распоряжению правительства;срыв объявлений, вывешенных местными чиновниками или полицией;распространение «ругательных писем», бумаг или изображений, оскорбляющих правительство и чиновников.

Наказание за оскорбление представителя власти в Уложении о наказаниях уголовных и исправительных

    телесные наказания (розгами или плетьми);лишение «особенных прав и преимуществ»;заключение в смирительном доме на срок до трех лет;ссылка на каторгу Сибирь на срок до 12 лет (могли отправить в Сибирь, а также в Томскую или Тобольскую губернии);штраф до 500 рублей (около 200 тысяч рублей в современных рублях).

Приговор могли смягчить, если преступление было совершено:

    без умысла;в пьяном виде;«по невежеству» или «по неразумию».

Такое снисхождение к попавшимся на крепком словце в адрес императора в пьяном виде, объясняется тем, что практически все крамольные речи чаще всего звучали в трактирах, когда авторы высказываний были уже изрядно пьяны.

«Главную массу составляют случаи бессмысленной пьяной ругани по адресу высочайших особ, в которых за пьяной выходкой невозможно уловить не малейшего намека на какую-нибудь политическую мысль», — писал историк Сергей Бахрушин.

Впоследствии уголовное законодательство будет постепенно двигаться в сторону либерализации. К концу XVIII века наказания за оскорбление величества все чаще ограничивались «воспитательными» арестами на несколько суток, а некоторые дела даже не доходили до суда.

Нелюбовь к Николаю II

В начале XX века около 80% фигурантов дел об оскорблении императора и членов его семьи были простыми крестьянами — преимущественно те, кто занимался сельским хозяйством, а также поденщики и горнорабочие.

«На практике власти использовали действовавшие законы выборочно, для борьбы с политическими противниками. Так, по данным современного историка Б.И. Колоницкого, в 1911 г. 1167 человек из 1203, обвиненных в этом преступлении, отделались арестом, часто кратковременным», — отметил кандидат исторических наук Олег Алпеев в беседе с Инфо24.

Постепенно авторитет императора падал в глазах сельских жителей, образ Николая II все чаще становился объектом критики крестьян. Практически любое действие монарха в совокупности с нищетой и суровыми рабочими условиями приводило к массовым недовольствам.

Николай II в сопровождении архиепископа Ярославского и Ростовского Тихона в Спасском монастыре / Фото: Wikipedia / http://alexandrtrofimov.ru/?p=2844

«Порой крестьяне, осуждавшие царя и его семью, выражали так отношение к тем мероприятиям власти, которые непосредственно затрагивали их <…> Часто царя оскорбляли, жалуясь на невыполнение государством своих обязательств, на императора, олицетворявшего страну, возлагалась личная ответственность за это», — рассуждал историк Борис Колоницкий.

По высказываниям, из-за которых возбуждались уголовные дела, можно понять настроение, которое царило в начале столетия среди крестьян:

    «Собачье решение, кобель его подписал, а черт на хвосте разнес»;«Все вы мошенники и царь ваш мошенник, прибейте ему на лоб печать, что он мошенник»;«Наш царь озорник – так ему и надо!»;«Я иду за царя голову сложить, а он, сука, земли нам не дал»;«Государь поздно хватился изготовлять снаряды, нужно было это делать раньше, а не торговать вином»;«Какая-то ***** короновалась, а на общество расход»;«Русскому царю не с немцами воевать, а водкой торговать»;«Ты дурак, а не защитник, и служил дураку царю Николашке»;«Царь наш, сукин сын, глупый, ничего не готовил к войне, а лишь ездил по монастырям»;«Хорош он, царь, продал Россию Германии и господам позволил укрепить землю»;«У меня своих пять есть. Я вашему государю не подчиняюсь. Я сам Николай»;«…с твоим правительством и с твоим государем я что захочу, то с тобою и сделаю».

В конце 1905 года на скамье подсудимых оказался будущий детский писатель Корней Чуковский. Вскоре после Первой русской революции, будучи еще одесским журналистом, он начал издавать сатирический журнал «Сигнал». В одном из выпусков 24-летний Чуковский выпустил несколько материалов с критикой Николая II и его действий во время событий 1905 года. В результате писателя арестовали и обвинили в оскорблении императора.

Жена Чуковского Александра Куприна внесла залог в 10 тысяч рублей и вызволила своего супруга из-под стражи. Через несколько дней молодого журналиста приговорили к шести месяцам лишения свободы, а «Сигнал» закрыли. Позже суд пересмотрел дело, и Чуковского отпустили на свободу, но журналу больше не суждено было увидеть свет.

От «политических» преступников до «врагов народа»

С приходом большевиков к власти происходит укрепление термина «враг народа» — так называли противников действующего режима в СССР. Подавляющее большинство «политических преступников» в 1920-1950 годы оказывались жертвами ложных доносов из-за критических высказываний о правящей элите или рассказанного анекдота. Ссылка в Сибирь, лишение свободы на длительные сроки и расстрел — вот самые распространенные наказания в один из самых суровых периодов российской истории.

В разгар революции 1917 года большевики захватили типографии и запретили печать «буржуазных» газет. После этого на территории страны ввели жесткую цензуру, объясняя это борьбой за чистоту материалов и желанием добиться «социально-политического и идейного единства общества». Всё, что приравнивалось к антисоветской агитации и пропаганде — «искажающие советскую действительность» лозунги против правительства, клевета в адрес властей, призывы к насильственному свержению строя — каралось в соответствии с Уголовным Кодексом.

В 1930-е годы в СССР сформировалась многоуровневая система цензуры, а политические репрессии приобрели невиданные масштабы. К этому времени уже работал целый ряд ведомств, которые занимались контролем за научно-технической информацией, созданием печатной продукции, выпуском теле- и радиопередач и т.д.

Материалы, в которых обнаруживали «определенно враждебный характер к советской власти и коммунизму» и минимальные намеки на «антисоветчину», тут же запрещались, а причастных к созданию «контрреволюционных» сочинений снимали со всех постов и объявляли «врагами народа».

Одновременно с этим в СССР усилилась и самоцензура — простые граждане боялись лишний раз произнести фамилию известного партийного деятеля, старались не упоминать, к примеру, о голоде 1932-1933 годов или о самых простых вещах вроде природных катаклизмов.

Руководители цензурных ведомств активно сотрудничали с органами безопасности и регулярно писали доносы на невнимательных сотрудников. Известно множество случаев, когда обычную опечатку могли приравнять к контрреволюционному акту.

Например, в 1943 году начальник Главлита (орган, отвечавший за цензуру в печати и защиту государственных секретов в СМИ) Николай Садчиков написал донос о двух опечатках в газете «Коммунист»: в одном из выпусков в слове «главнокомандующий» пропустили буква «л», а в другом — букву «р» в слове «Сталинград».

«Сообщая об этом, считаю, что эти контрреволюционные опечатки — дело рук врага. Об этих фактах мною сообщено также в НКГБ», — писал он.

Начальник Главлита Сергей Ингулов, руководивший ведомством в 1935—1938 годах, утверждал, что «критика должна иметь последствия», а именно — аресты, суровые приговоры и расстрелы. По иронии судьбы в 1937 году Ингулов попал под одну из многочисленных «чисток», и его вскоре расстреляли.

Что стало с цензурой?Госцензуру в печати упразднят только в 1990 году, а в СМИ — в 1991-м. В декабре 1993 года цензуру запретила Конституция Российской Федерации.

Нередко происходило так, что в немилость попадали личные обидчики советского лидера Иосифа Сталина. В апреле 1941 года летчик Павел Рычагов на совещании высшего руководства, посвященному проблемам в авиации, на вопрос Сталина о причинах массового крушения самолетов ответил «Аварийность и будет большая, потому что вы заставляете нас летать на гробах!».

После этой фразы наступила гробовая тишина. Затем публично оскорбленный Сталин вполголоса произнес: «Вы не должны были так сказать… Заседание закрывается», — и покинул кабинет.

На следующий день Рычагова сняли с должности, а в июне 1941 года арестовали и обвинили в шпионаже. Чтобы выбить признания, летчика пытали, однако он ни в чем не сознался. В октябре 1941 года Рычагова без суда расстреляли. Также расстреляли и его супругу, Марию Нестеренко, обвиненную в том, что «будучи любимой женой Рычагова, не могла не знать об изменнической деятельности своего мужа».

«Контрреволюционным признается всякое действие, направленное к свержению, подрыву или ослаблению власти рабоче-крестьянских советов и <…> правительств Союза ССР, союзных и автономных республик или к подрыву или ослаблению внешней безопасности Союза ССР и основных хозяйственных, политических и национальных завоеваний пролетарской революции», — гласила печально известная 58-я статья УК РСФСР, по которой с 1921 по 1953 год осудили более 3,7 млн человек, а свыше 640 тысяч приговорили к расстрелу.

Резолюция за подписью Сталина за расстрел 138 человек / Фото: Wikipedia / http://stalin.memo.ru/spiski/pg09211p.htm

Согласно утвержденному в 1922 году Уголовному кодексу РСФСР, за оскорбление представителей власти давали не менее шести месяцев заключения. Спустя 40 лет, в 1962 году, статья об оскорблении представителя власти ввела дифференциацию ответственности по потерпевшему, а наказание стало зависеть от тяжести преступления.

Наказание за оскорбление представителя власти в Уголовном кодексе РСФСР

    лишение свободы на срок до одного года;исправительные работы на срок до одного года;штраф до одного минимального месячного размера оплаты труда;применение мер общественного воздействия — когда трудовые коллективы или коллеги по работе оказывают воспитательное воздействие на нарушителей правил поведения.

Как Горбачева от хейтеров защищали

В мае 1990 года приняли закон «О защите чести и достоинства президента СССР» (единственным президентом СССР был Михаил Горбачев).

Напомню, что под конец советской власти был принят закон "о защите чести и достоинства президента СССР", тогда это стало началом конца.История очень любит улыбаться. pic.twitter.com/fCQnjTcJPc

— Vadim Baryshev (@vadbaryshev) April 19, 2018

Это произошло всего спустя две недели после парада на Красной площади, во время которого демонстранты скандировали антиправительственные лозунги против КПСС, КГБ, Ленина, а также непосредственно Горбачева.

Под запретом оказались публичные оскорбления президента, выраженные в умышленном унижении его чести и достоинства в неприличной форме, а также клевета — «распространение заведомо ложных, позорящих его измышлений». При этом критиковать главу государства не запрещалось.

Наказание за оскорбление президента СССР

    штраф до 3 тысяч рублей — в 1991 году это соответствовало размеру примерно 12 средних зарплат;исправительные работы до двух лет;лишение свободы до трех лет (ели речь идет о публикации в СМИ — до шести лет);на СМИ, опубликовавшее оскорбления и клевету, накладывался штраф до 25 тысяч рублей (при повторном нарушении работа издания могла быть прекращена).

Закон практически не применялся, однако одно громкое дело все же было. В сентябре 1990 года арестовали советскую правозащитницу Валерию Новодворскую после того, как она сожгла несколько флагов на Пушкинской площади и проскандировала лозунги «Хайль, Горбачев!» и «Нобелевская премия фашисту — браво, Запад!». Через полгода дело дошло до суда, но никакого наказания Новодворская не понесла.

В 2016 году произошла попытка принять подобный закон, но уже в РФ. Депутат Госдумы от ЛДПР Роман Худяков увидел на YouTube несколько видео с нелицеприятными словами в адрес президента России Владимира Путина и предложил рассмотреть законопроект «О защите чести и достоинства президента РФ». Парламентарий хотел сделать отдельную статью Уголовного кодекса с наказанием за оскорбление главы государства. В Госдуме идею Худякова поддержали, однако до принятия закона дело так и не дошло.

Как оскорбляются в современной России

В 1990-е годы, когда у руля страны стоял Борис Ельцин, каких-либо законодательных мер по защите президента от оскорблений и клеветы не принималось. Даже простые чиновники поначалу подвергались критике без каких-либо последствий для своих обидчиков. Только в 1996 году в Уголовном кодексе появляется статья 319 «Оскорбление представителя власти», согласно которой члены правительства, чиновники, судьи, а также силовики на руководящих постах получили иммунитет от неуважения.

Чтобы поступок или высказывание признали оскорблением необходимо соблюдение некоторых условий:

    представитель власти должен находиться при исполнении своих обязанностей;сведения, унижающие честь и достоинство, должны быть выражены в неприличной форме;неуважение должно быть продемонстрировано публично, то есть стать достоянием нескольких лиц — это может быть выступление в СМИ, обращение на улице перед аудиторией, публикация порочащих сведений на листовке с последующим вывешиванием на всеобщее обозрение и т.д.

Оскорбление может выражаться устно, письменно, с помощью жестов или же путем совершения физического действия (плевок в лицо, нанесение пощечины, срывание головного убора или одежды, непристойные жесты, прикосновения).

Наказание за оскорбление представителя власти по ст. 319 УК

    штраф в размере до 40 тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до трех месяцев;обязательные работы на срок до 360 часов;исправительные работы на срок до одного года.

Под статью об оскорблении представителя власти попали даже несколько «обидчиков» Владимира Путина. В 2012 году по 319 статье УК к 15 суткам ареста приговорили 19-летнего Дмитрия Каруева за плевок на портрет президента. Молодой человек обвинение не признал и сказал, что на самом деле просто чихнул.

А в 2010 году по подозрению в оскорблении представителя власти проходил житель Сыктывкара Павел Сафронов, назвавший президента «пид***сом» в своем блоге. В свое оправдание он заявил, что обидеть национального лидера не хотел, а лишь искренне считал его «бисексуалом, вступающим в гомосексуальные связи». После резонанса в соцсетях дело закрыли.

Вот неполный список тех, кто, по версии следствия, неудачно пошутил над президентом:

    нацбол Андрей Сковородников — полгода исправительных работ за создание сайта с коллажом, на котором Путин был изображен с женским телом;редактор онлайн-издания «Курсив» Владимир Рахманьков из Иваново — 40 тысяч рублей штрафа за публикацию статьи «Путин — фаллический символ России»;националист Александр из Барнаула — год колонии-поселения за публикацию изображения Путина в виде скинхеда.

Что дальше

Владимир Путин 18 марта 2019 года подписал законопроект о наказании за неуважении к власти. Речь идет об оскорблении общества, государства, официальных символов РФ и органов государственной власти. Теперь власти смогут заблокировать информацию, которая содержит явное неуважение и оскорбляет «человеческое достоинство и общественную нравственность».

Публикацию оскорбляющих постов в интернете приравняют к мелкому хулиганству. Блокировкой ресурсов, где размещены оскорбления, займется Роскомнадзор, а просить об этом ведомство будет Генпрокуратура. Роскомнадзор будет требовать от владельцев сайтов в течение суток удалять такую информацию, иначе их заблокируют.

«Практически во всех странах это есть, нужно с уважением относиться к своей стране. И есть правила, которые надо соблюдать везде. Если есть ответственность вне интернета, она должна быть и в интернете. Чем отличается поведение в интернете от того, что за границами интернета? <…> Ничего здесь особенного я не вижу», — сказал Путин.

Какое наказание?

    При первом нарушении грозит штраф в размере от 30 до 100 тысяч рублей;При повторном нарушении — штраф в размере от 100 до 200 тысяч рублей либо арест на 15 суток;Если нарушение зафиксируют в третий раз — штраф в размере до 300 тысяч рублей либо арест на 15 суток.

Текст: Андрей Суворов, при участии Игоря Фарафонова и Петра Своекоштного

Источник: info24.ru

admin

You must be logged in to post a comment